Представьте, что человек действительно решает связать свою жизнь с Израилем и принять иудаизм. Помимо процедур в МВД он обращается и в систему государственного гиюра: платит деньги, проходит процесс, учится, доказывает серьезность намерений, а в конце получает отказ, который по сути сводится к одному слову: не прошел. Без подробных объяснений, без доступа к материалам, без ясного ответа на вопрос, что именно было не так. Человек пытается понять, что произошло, но снова сталкивается с закрытой дверью.

В русскоязычном секторе Израиля гиюр чаще всего обсуждают в контексте репатриантов из стран бывшего СССР, детей смешанных семей, супругов и людей, которые живут здесь, но не считаются евреями по Галахе. Но есть еще одна группа, о которой говорят значительно меньше: люди, которые годами живут в Израиле, но не являются гражданами и не имеют статуса постоянного жителя. Это могут быть партнеры израильтян, бывшие работники, студенты, люди в процессе урегулирования статуса. Их реальная жизнь давно здесь, но юридически они все еще стоят у входа.

Для таких людей путь к государственному гиюру начинается не с раввина, не с учебы и не с общины, а с Комиссии по исключениям при Управлении гиюра. Прежде чем человек вообще получит возможность войти в официальный процесс, государство решает, достоин ли он самой этой возможности.

На бумаге это можно объяснить: государство опасается, что гиюр может использоваться как обходной путь для получения статуса. Но именно здесь начинается главная проблема: как работает комиссия, по каким критериям принимает решения, почему заявители не всегда получают материалы своего дела и почему отказ может быть сформулирован одной общей фразой, которую невозможно проверить по существу.

Именно на этом фоне адвокат Томер Варша председатель Комитета по вопросам иммиграции Израильской коллегии адвокатов из юридической фирмы «Варша Вайцин» подал в БАГАЦ прецедентный иск против Комиссии по исключениям при Управлении гиюра. Иск требует не только пересмотреть конкретный отказ, но и обязать систему раскрыть правила, по которым она решает судьбы людей без гражданства и постоянного статуса.

Иск подан от имени С., женщины, живущей в Израиле с 2007 года, полное имя которой хранится в редакции.

По словам адвоката Томера Варши, “государство не может требовать от человека полной искренности и одновременно скрывать от него правила, по которым оно эту искренность оценивает”.

Дело, дошедшее до БАГАЦа
 

С. приехала в Израиль в 2007 году по законной рабочей визе как сиделка. По данным иска, за годы жизни в стране она приняла религиозный образ жизни, стала частью общины, посещает синагогу, занимается волонтерством и живет в отношениях с гражданином Израиля.

В 2016 году она прошла ортодоксальный гиюр у покойного раввина Йосефа Авиора, который входил в состав суда по вопросам гиюра вместе с раввином Хаимом Друкманом. Однако этот гиюр был частным, а не государственным. Поэтому с точки зрения государственных органов он не дал ей автоматического признания в системе Управления гиюра и Управления регистрации населения.

Чтобы снять формальное сомнение, С. попросила открыть для нее процедуру государственного гиюра “ле-хумра”, то есть не как путь с нуля, а как подтверждение уже пройденного религиозного процесса. Комиссия по исключениям отклонила просьбу. По утверждению иска, отказ был сформулирован кратко: комиссия “не убедилась в искренности ее намерений и знаниях”.

Это удобная формула. В ней есть все и ничего. Она звучит официально, но не отвечает на главный вопрос: на основании чего именно государство не убедилось.
По словам адвоката Варши, “решение, которое влияет на судьбу человека, не может выглядеть как закрытая служебная записка. Если государство отказывает, оно обязано объяснить почему, раскрыть материалы и позволить человеку понять, с чем именно он должен спорить”.

Когда отказ невозможно понять

В иске утверждается, что С. не получила протоколы, материалы интервью и полный перечень документов, на которых основывалась комиссия. Также, по утверждению иска, комиссия учла обстоятельства, не имеющие прямого отношения к гиюру, включая то, что С. не подала просьбу о воссоединении семьи с израильским партнером

Если это действительно было одним из соображений, возникает простой вопрос: комиссия проверяет искренность гиюра или поведение человека в другой миграционной процедуре?

Есть здесь и еще один важный аспект: отказ комиссии затрагивает не только заявительницу, но и ее израильского партнера. Он живет с ней религиозной жизнью, строит общий дом и общую общинную принадлежность, но решение закрытого административного органа фактически ставит под сомнение всю их семейную реальность. Государство формально проверяет одного человека, но последствия несет пара.

Адвокат Варша формулирует это так: “Комиссия по исключениям не может быть комнатой без окон. Когда орган власти принимает решения за закрытыми дверями, без ясных критериев и без достаточной мотивировки, это уже не проверка. Это власть без объяснения”.