История «Фракции» начинается не во времена Виленского Гаона, и не в знаменитых ешивах Восточной Европы. Его история начинается… в 2012 году!

Тогда, после смерти крупнейшего авторитета «литваков», раввина Йосефа-Шалома Эльяшива, внутри этой общины произошел раскол. Лагерь рава Аарона-Лейба Штейнмана схлестнулся с лагерем рава Шмуэля Ауэрбаха. Именно сторонники Ауэрбаха создали то, что позже получило название «Пелег Йерушалми», что можно перевести как «Иерусалимская фракция», или как «Иерусалимский раскол».

С кем мы имеем дело?

Таким образом, вопреки распространенному мифу, «Пелег» не является древней традицией. Это продукт конкретного политического конфликта, вспыхнувшего внутри харедимного общества начала 21 века. А главной фигурой движения стал рав Шмуэль Ауэрбах, который — в отличие от руководства партии «Дегель ха-Тора», стремившегося сохранить систему договоренностей с государством, — выбрал путь конфронтации с этим государством.

В дальнейшем движение создало собственную политическую структуру — партию «Бней Тора», учредило собственную газету «ха-Пелес», создало собственную сеть активистов и своих образовательных учреждений. В итоге, по оценкам исследователей и израильских СМИ, уже к 2017–2018 годам «Пелег» представлял около 6,5% всего ультраортодоксального населения Израиля. Речь шла о примерно 50–60 тысячах сторонников.

Это огромная сила в мире «харедим», особенно если учесть высокий уровень организованности и дисциплины движения. В отличие от небольших радикальных групп прошлого, «Иерусалимская Фракция» сумела получить и реальное политическое представительство. Ее представители входили в муниципальные советы Иерусалима, Бней-Брака и Модиин-Илита. Наиболее известным муниципальным политиком движения стал Хаим Эпштейн, занявший пост заместителя мэра Иерусалима.

Собственные газеты, партия, муниципалы и сеть учебных заведений. Среди наиболее известных образовательных центров, связанных с лагерем Ауэрбаха, называют ешиву «Маалот ха-Тора», а также круг ешив, сформировавшихся вокруг его учеников и сторонников после раскола. Так что речь идет не о кучке маргиналов на окраине общества, а о хорошо организованной политико-религиозной структуре, умеющей добиваться поставленных целей.

Это не просто война против призыва в ЦАХАЛ

Главная тема «Пелега» — борьба против призыва «харедим». Однако важно понимать характер этой борьбы. Ведь и большинство других политиков-ультраортодоксов на протяжении десятилетий добивались отсрочек и льгот для своих общин!

«Иерусалимская фракция» пошла гораздо дальше. Для нее проблемой стала не только сама служба, но даже сам факт явки в призывной пункт для оформления отсрочки! То есть к бунту этих людей подтолкнул не отказ армии давать отсрочки – а то, что их не высылают автоматически по почте, но «нагло» требуют являться за ними в военкомат, этот «вертеп сионизма».

Это уже спор не о с военной службе — речь идет о принципиальном отказе признать право государства регулировать эту сферу!

Известность «Пелегу» приносит именно жесткость его акций: массовые беспорядки, столкновения с полицией, попытки парализовать движение в стране стали фирменным почерком этого движения. Почерком политического шантажа.

Особенно показательно, что «Фракция» ведет борьбу не только против светского и национально-религиозного Израиля – она неоднократно вступал в конфликты и с другими авторитетами мира «харедим».

И критика со стороны таких фигур, как рав Хаим Каневский, воспринималась сторонниками движения почти столь же болезненно, как критика со стороны государства. Причина в том, что «Иерусалимская фракция» претендует не на право иметь собственное «виденье», на мнение, отличное даже от других ортодоксов.

Она претендует на моральную монополию. На право определять, кто является настоящим хранителем Торы, а кто предал ее ради компромисса с государством греха.

Опасная философия

Но еще более серьезная проблема кроется в другом — в философии движения. Сионизм строился на идее общей судьбы. Согласно этой концепции, каждый еврей несет ответственность за другого еврея, каждый гражданин разделяет ответственность за государство, и каждый получает права вместе с обязанностями.

«Пелег» предлагает иную модель: одни – служат, платят налоги, проводят месяцы в резерве, защищают границы.  

Другие — объявляют себя духовной аристократией, освобожденной от общей ответственности.

Особенно остро это различие стало восприниматься после 7 октября. Когда десятки тысяч резервистов были мобилизованы на месяцы, многие семьи теряли близких, экономика работала на последнем пределе под угрозой обстрелов — именно тогда вопрос о равенстве обязанностей перестал быть теоретическим.

Но в «Пелег» продолжили утверждать, что сама идея участия его сторонников в общей системе обязанностей им неприемлема.

Это спор о самом понимании гражданства.

Исторически еврейская традиция никогда не строилась на подобной модели. Мудрецы Талмуда работали. Общины содержали системы взаимопомощи. Евреи платили налоги и выполняли общественные обязанности. Защищали свои общины. Даже в изгнании не существовало принципа, по которому одна группа полностью освобождалась от коллективной ответственности.

«Пелег», однако, предлагает именно это. Но при этом движение существует внутри государства Израиль, пользуется его инфраструктурой, системой здравоохранения, социальной защитой, муниципальными услугами и государственным финансированием образовательной системы — как и большинство харедимных учебных заведений страны.

В этом — главный парадокс. Люди, существование которых невозможно без еврейского государства, сделали сопротивление этому государству частью собственной идентичности.

«Йерусалимская фракция» опасна своим примером. Который показывает, что можно пользоваться всеми преимуществами государства — и одновременно отрицать сам принцип взаимной ответственности. Вот только государство не сможет долго существовать, если одна часть общества считает права общими, а часть обязанностей — исключительно чужими.

«Йерусалимская фракция» («Пелег Йерушалми») возникла как результат внутриполитического раскола 2012 года. Но со временем превратилась в символ гораздо более серьезной проблемы — отказа от общей судьбы.

А без общей судьбы невозможно ни государство, ни общество, ни будущее еврейского народа.

Алон Райхлин, сооснователь и директор движения «Либерально религиозные»