Напомню, что средняя зарплата в то время превышала 12 тысяч, а минимальная составляла 5.571 шекель. Уже к концу 2024 года средняя зарплата в стране равнялась уже 14.434 шекелей, демонстрируя поистине рекордные темпы роста своей реальной стоимости. Но наш “милуимник” все это время продолжал получать все те же 9000 шекелей. Впоследствии его пособие поднялось до 10 000 шекелей, но и средняя зарплата поднялась сейчас до 15.223 шекелей в месяц – рост на 7,7% по сравнению с июнем 2025 года. И минимальная выросла до 6.444 шекелей. Таким образом, по отношению к средней зарплате — доходы многих, кто ушел в “милуим” в 2023 году и потом призывался снова и снова, упали. Причем сильно упали!”

Кроме того, вот что начинается, когда этот резервист возвращается на работу, продолжает Фейглин. Уволить его по закону начальство, безусловно, не может, но смотрит на него косо. Возвращается он, как правило, на ту же должность, с которой уходил, а значит, получает прежнюю зарплату, иногда чуть повыше. Но в это же время обнаруживает, что те, с кем он в свое время начинал, за минувшее время сделали несколько шагов вперед по карьерной лестнице, их доход — уже 15-16 тысяч в месяц

А некоторые прошли дополнительные курсы или получили вторую степень и стали зарабатывать по 18-20 тысяч шекелей. Ликвидировать это отставание от коллег-сверстников будет очень и очень нелегко, если вообще возможно. Вот и получается, что за преданную службу родине тысячи резервистов заплатили своей карьерой.

Не стоит сгущать краски

Впрочем, у точки зрения Ариэля Фейглина есть и оппоненты. Все не так однозначно, — отвечают они, и приводят следующие доводы:

В первые месяцы после 7 октября 2023 года многие бизнесы оказались закрытыми. В этой ситуации для многих семей пособие за резервистскую службу оказалось настоящим спасением.

Некоторые отрасли экономики, и прежде всего, туристическая до сих пор не восстановились. Для многих гидов это пособие остается способом, позволяющим более или менее достойно содержать семью.

Смотреть стоит не на среднюю зарплату, а на медианную (выше которой не получают более половины израильтян). Тогда картина выглядит иной. К примеру, в розничной торговле, ресторанном бизнесе, даже в промышленности зарплаты колеблются от 7 до 13 тысяч шекелей – в отличие от учителей и водителей общественного транспорта, получающих примерно средние зарплаты, или работников хай-тека, чьи зарплаты значительно выше средних. Так что вопрос еще и в том, в какой отрасли зарабатывал нынешний резервист.

Но экономист Ариэль Фейглин, конечно, прав в том, что государство должно позаботиться не только о физической и психологической реабилитации вернувшихся с войны резервистов, но и о образовательных программах, которые позволят резервистам, после возвращения с фронта, компенсировать потери карьерного роста и общественного статуса.  Потери, невидимые невооруженным и вооруженным взглядом, но весьма ощутимые.

Петр Люкимсон, «Новости Недели»