Меня зовут Майя, и я не еврейка

Материалы
Политика
- • Израиль
- • Украина
- • США
Жизнь
Окружающий мир
Культура
Редакция
- • Колонка редактора
- • Материалы за сегодня
- • Клуб читателей
- • Эксклюзив
- • Архив
- • Поиск
- • Контакты
- • Рассылка

[560]

Иерусалим

Москва

Нью-Йорк

Берлин

Меня зовут Майя, и я не еврейка

редактировать

История, люди, статистика | 06.09.2025 | Читали: 65

7 октября 2023 года разделил мою жизнь на "до" и "после". В тот день было всё - шок, ступор, глухой страх. Я тогда ещё не знала, что вскоре все время буду повторять строчку из КАСТЫ: "Как это, бл..ядь, возможно?"

архив

Моё представление об Израиле раньше? Стереотипы. Девочки служат в армии. Постоянные войны с арабами. Всё. Я не задумывалась, не вникала, не интересовалась.
Но с того дня всё изменилось. Я начала смотреть. Следить. Разбираться. Подписалась на израильские YouTube-каналы, читала хронику, углублялась в причины конфликта, в историю, слушала выживших, видела лица погибших.
Паззл начал складываться. А вместе с ним ломалась внутренняя картина мира.
Полтора года я молчала. Я была топ-менеджером в крупной автомобильной компании в стране, где по бумаге - светская Конституция, а по факту это государство, где мусульманское большинство диктует, о чём можно говорить, а о чём нельзя.
Высказаться - значило подвергнуть риску не только себя, но и команду.
Мои коллеги следовали шаблону "всё по инструкции": глаза, прикованные к Рафиаху, репосты про страдающих детей и фаластынские флаги в сторис, а я - тихо, шёпотом начала задавать вопросы. А почему? Что именно произошло? Кто начал?
И в ответ я слышала всё тот же набор:
"Ну, там же дети мусульмане…", "Израиль всегда нападает первым",
"У них же всё отняли". При этом знаний об Израиле ноль целых, хрен десятых. Стереотипы, штампы, лозунги.
А я в это время читала и смотрела про зверства Хамаса, про "Нову", про "Дельфинарий", про автобусные теракты, про забрасывания камнями машин. Я также долго изучала пропаганду - её тон, лексику, акценты, расстановку эмоций. Сравнивала, как звучит правда и как её заменяют.
Как слово "сопротивление" отрывается от корня "сопротивляться", и становится эвфемизмом для убийства. Как смысл слова отклонился от толкового словаря Даля - "жертва" теперь не тот, кого убили, а тот, кто убил и выставил это как подвиг. Я видела, как эмоции подменяют любые факты.
А потом я начала смотреть, как живут израильтяне. Не в заголовках, а в реальности. Как они живут под обстрелами и продолжают жить. Как строят дома, водят детей в школы, открывают бизнесы, зная, что в любой момент может быть обстрел и нужно бежать убежище. Мне было важно понять, из чего складывается их быт. И я поняла, что это про выживание, про стойкость, про умение жить и адаптироваться и быть счастливыми несмотря ни на что.
И в какой-то момент стало невозможно не замечать вокруг себя, как работают навязанные нарративы. Что Израиль обязательно "спровоцировал". Что Израиль сам виноват. Что у террора обязательно есть причина, и жертва обязана понять своего убийцу.
Но вот в чём правда: в Израиле полностью отбитые соседи могут сделать эти ужасы просто так - прийти, вырезать и тут же сказать: "Нас вынудили". Им можно убивать и требовать сочувствия, вырастить ребёнка с автоматом в руках, а потом обвинить других в его гибели.
Им можно сжечь семью, а потом кричать, что ты страдаешь больше всех от голода. А если ты на это указываешь - тебя объявят бесчеловечной.
Но я больше не могу молчать. Я ушла с работы и стала показывать, как на самом деле живут “люди” в Газе. Что никакой “тюрьмы под открытым небом” нет и не было. Была нормальная разделённая на касты жизнь:
с элитой, ресторанами, магазинами люкс, квартирами за миллионы.
С кланами, которые контролировали потоки гуманитарки. С бедными не из-за блокады, а потому что их свои же держали внизу. С детьми, которых растили не для жизни, а для смерти.
Мне понадобилось полтора года, чтобы начать понимать разницу между ФАТХом и ХАМАСом и даже немного разобраться в остальных сортах говна.
И я очень хочу собирать по кусочкам контекст, который так старательно уничтожают. И если вы здесь, значит, вам он тоже не безразличен.