Есть даже такой анекдот: “Посмотрев на прошлой неделе фильм «Ирония судьбы, или С лёгким паром», половина россиян инстинктивно отметила Новый год!”...

Мы прогулялись по местам съемок первой части шедевра Эльдара Рязанова.

Экспериментальные дома с типовыми квартирами

Знакомый адрес: 3-я улица Строителей, дом 25, квартира 12. Здесь в новогоднюю ночь встречаются два одиночества: нетрезвый хирург и растяпа-учительница. Но личная драма Ипполита разыгралась в другой географической точке. И отнюдь не в Питере!

3-ю улицу Строителей превратился столичный проспект Вернадского. Там действительно есть дома-близнецы — № 113, 119 и 125. Но они вопреки утверждению в фильме были не типовыми, а, наоборот, экспериментальными. И было их ровно три на всю Москву. Сейчас это, конечно, вполне заурядная панель, но тогда они выглядели очень новаторскими.

Актеры грелись у лифта

Московскую квартиру снимали у дома № 125. Здесь еще живут очевидцы съемок.

- Наша квартира на втором этаже, — рассказывает пенсионерка Раиса БАНДРОВСКАЯ. — Естественно, я подглядывала за съемками. Так Рязанов ругался: «Женщина со второго этажа! Уйдите из кадра!» Грозил кулаком.

Потом режиссер нашел с любопытной общий язык, и Раиса Хамзановна отпаивала замерзших актеров теплым чаем.

- Они скромно грелись у лифта, — вспоминает Бандровская. — Брыльска почти не говорила по-русски. В квартиру заходить стеснялась. Приходилось чай выносить на лестницу.

Снежки Лукашину лепили дети

Через минуту Лукашин начнет бросаться снежками. Их для актера лепила местная детвора.

В соседнем дворе снимали питерские сцены: как приезжает пьяный Лукашин, как Надя достает из сугроба фото, как уезжает разгневанный Ипполит.

И в этом доме нашлись свидетели — Элеонора КЛЯЩИЦКАЯ с первого этажа.

Незадолго до того, как ударили последние заморозки, случилась оттепель. Снег почти растаял. Сугробы наметали из бумажных снежинок. Метель организовывали с помощью ветродуя, специальной штуки типа вентилятора, которую используют киношники.

По сценарию Лукашин кидает в уезжающего на «Жигулях» Ипполита снежки. Но снег-то почти весь стаял. Поэтому снежки лепила дочка Элеоноры Леопольдовны четырехлетняя Аленка. Она с радостью находила остатки снега в самых тенистых местах, куда еще не добралось весеннее солнышко.

Подъезд с тех пор не сильно изменился. С него лишь сняли бутафорский номер дома. Правда, вид на церковь немного подпортил построенный уже после съемок Театр на Юго-Западе.

По сценарию от квартиры Лукашина до Надиного дома — почти семьсот километров. На деле — не больше семиста шагов.

Географические особенности комедии

Основные уличные сцены снимали в марте. Метель в итоге вышла нарочито сильной – бумажные снежинки гоняли ветродуями.

А вот панораму зимней заснеженной Москвы сняли позднее. Уже зимой 1974 года. Поэтому мы видим занесенные снегом домики деревни Тропарево.

В начале фильма мы видим панораму района, снятую с крыши дома 109 по проспекту Вернадского. На первых кадрах хорошо видна церковь Михаила Архангела в Тропарево (1693-1701 г.) Тогда еще недействующая и лишь слегка приведенная в порядок.

За ней –домики деревни Тропарево. Это была самая настоящая деревня: с печными трубами и огородами. Снесли ее к началу 1980-х.

Вторая часть панорамы — вид на север, на новые панельные дома Юго-Запада, еще не заросшие деревьями. На кадрах панорамы мелькают дома ГДРовского посольства (Вернадского, 103 к.1).

Что еще снимали на Вернадского?

Сцену, когда Лукашин, изгнанный из квартиры Нади, ждет на углу автобус.

Тогда это была булочная. Актеры ходили туда греться. Потому что ботиночки действительно были «на тонкой подошве». Сейчас это банальная аптека.

Сцену, когда пьяный хирург приезжает из аэропорта. Снимали вот у этого подъезда.

Кстати…

3-я улица Строителей в Москве все-таки была! Но в 1958 году ее переименовали. Теперь это улица Марии Ульяновой.

ЛЯПЫ

Ну, а ляпов всегда много, наверное, в каждом фильме есть. Но наверно, это не повод усомниться в мастерстве режиссера, оператора и т.д.. В жизни нет ничего идеального…

Самый первый начинается уже с первых кадров фильма.  Опечатка в слове «исключительно» в предисловии к фильму:

Очень знаменитый ляп: когда Мягков выкидывает из окна фотографию Юрия Яковлева, потом Надя подбирает фотографию Олега Басилашвили. Всё потому, что это сняли раньше, и роль Ипполита должен был играть Олег Басилашвили. У актера в то время умер отец, и его пришлось заменить на Яковлева).

Лукашин заказывает разговор с Москвой по телефону зелёного цвета. В последующих сценах телефон красного цвета. Киноляп с якобы двухцветным телефоном Нади оправдан. Было два телефона: красный в комнате и зеленый в прихожей (заметно при появлении подруг Нади).

На самом деле телефонов в новостройке еще не было. Свидетели съемок помнят, как Юрий Яковлев без конца бегал к телефонной будке звонить домой — предупредить, что задержится еще на пару дублей.

Лукашин летит в Ленинград на Ту-134, но когда показывают салон самолета, оказывается, то это либо Ил-62, либо Ту-154 с тройными рядами кресел (у Ту-134 два по два):

Но с приземлением самолета ляпа нет, т.к. приземляется действительно Ту-134, а не Ту-154, турбины перед хвостом не заметно.

Когда Надя едет на Московский вокзал, она по пути меняет таксиста:

Хохма с такси получилась долгоиграющая: героиню честно привозят на Московский вокзал, но потом она где-то за кадром совершает марш-бросок по Невскому на канал Грибоедова и покупает билеты в Центральной железнодорожной кассе.

Многие уже помнят номер телефона Нади наизусть - 14-50-30 (тогда в Питере были шестизначные номера). Но в ее доме на табличке возле лифта написан телефон московской аварийной службы: 241-64-44. Ну еще бы! Дом-то, где все это снималось, московский. Неудивительно, что та же самая табличка висит около лифта в доме Жени.

С посудой вообще финиш - все в постоянном движении. Например, при появлении Нади в своей квартире. Хорошо, допустим, Надя переставила посуду и долила морса в кувшин, пока Лукашин спал незамеченным. Но позже, когда она его замечает, вся посуда опять разбредается по столу.