27 января 1944 года была полностью снята блокада Ленинграда, которая осуществлялась немецкими, финскими и испанскими войсками 872 дня, начиная с 8 сентября 1941 года.

По данным на 1 января 1941 года, в Ленинграде проживало 2 миллиона 900 тысяч человек. За период блокады из города были эвакуированы 1 миллион 300 тысяч жителей. За 872 дня погибло, по разным данным, от 300 тысяч до 1,5 миллионов человек (на Нюрнбергском процессе фигурировало число 632 тысячи погибших). Только 3% из них погибли от бомбёжек и артобстрелов; остальные 97% умерли от голода.

О том, какой ад устроили мирным жителям Ленинграда гитлеровцы и их союзники, свидетельствует обнаруженный в архиве Петербургского управления ФСБ дневник блокадника Николая Горшкова.

 

Многие десятилетия он не был известен, потому что был приобщен к засекреченному уголовному делу об «антисоветской деятельности автора».

Недавно уголовное дело № 62625 Горшкова Николая Павловича, 1892 года рождения, уроженца Угличевского района, деревни Выползово, русского, беспартийного, бухгалтера Ленинградского института легкой промышленности, арестованного 25 декабря 1945 года и осужденного 25 августа 1946 года к 10 годам лишения свободы по статьям 58-10, 2.11 (антисоветская агитация) и 58-11 (организованная антисоветская деятельность) УК РСФСР, рассекретили.

 

Именно из-за дневника, который все дни блокады Ленинграда скрупулезно вел Николай Павлович, записывая четким почерком все, что видел и слышал, он попал на зуб НКВД. «Вещдок» состоит из шести небольших тетрадок в клеточку, сшитых черной суровой ниткой.

 

В них содержится 880 записей, которые представляют собой поразительную по бытовой точности и простоте хронографию ленинградской трагедии.

Здесь есть записи таких страшных фактов, о которых даже сегодня не прочитаешь в исторической литературе и учебниках. Что уж говорить о следователях НКВД, для которых откровения блокадника показались несомненной «антисоветской агитацией». Вчитаемся в эти обжигающие душу строки.

 

8 сентября 1941 г. Первая бомбардировка с воздуха на Ленинград… Налет продолжался более двух часов. Никто не спал. На улицах от пожаров расстилался дым как туман.

 

20 октября. Во время налета 20.10 около 17 ч. дня была сброшена врагом фугасная бомба большой силы. Упала она в реку Мойку около музея-квартиры А. С. Пушкина (дом 12).

 

Взрывом подняло массу воды и грязи, у вблизи стоящих домов вырвало оконные рамы и двери взрывной волной. Находившиеся на значительном расстоянии чувствовали колебания почвы под ногами. Другие сообщали, что бомбы были сброшены на Выборгской стороне, и наблюдали бой самолетов в воздухе.

Ночь была темная, и ночного налета не было.

 

 

12 ноября 1941 г. В воздухе слышен свист вражеских снарядов, доносятся взрывы. В городе, как на фронте, но жизнь продолжает идти своим порядком. Идут трамваи, автотранспорт, магазины торгуют, пешеходы идут во всех направлениях. Предприятия работают. Нанесенные повреждения исправляются.

 

14 декабря 1941 г. Со всех фронтов идут благоприятные сведения о наших контрударах, о разбитых дивизиях врага и о захваченных трофеях. Ленинград пока еще в блокаде.

Ощущается недостаток в продовольствии, в горючем, в топливе. Эл. энергия для освещения большинства домов не подается. Все пользуются остатками керосина или масла для освещения и самодельными лампочками-коптилками, но у многих и этого нет.

 

В баню попасть очень трудно, т. к. многие бани не работают из-за отсутствия света или топлива, а в некоторых недостаток в подаче воды. Водопровод работает с перебоями с небольшим напором.

 

Эл. энергия экономится для подачи на предприятия оборонного значения. В связи с наступлением сильных холодов и целого ряда недостатков в бытовых условиях наблюдается в последнее время большая смертность среди гражданского населения.

Много различных погребальных процессий движется по улицам к кладбищам. Везут и на лошадях, но большинство сами родственники на саночках. Гробы большей частью самодельные, но часто везут и вовсе без гробов, трупы завернуты в простыни, в картон и тому подобное, везут даже в корыте.

 

21 декабря 1941 г. Надежных укрытий в городе очень мало, а имеющиеся бомбоубежища в жилых домах – в подвалах – от прямого попадания тяжелых бомб не спасают, и всех находящихся там заваливает рухнувшими стенами и еще затапливает водой от лопнувшего водопровода. В очень многих домах вообще нет никаких укрытий, и люди во время налетов выходят в нижние этажи, в лестничные клетки или под ворота дома.

 

Город замирает – мертвеет. Некоторые мелкие предприятия остановились за отсутствием топлива и эл. энергии. Эл. света в домах нет. Водопровод едва подает воду до второго этажа. Трамваи с большими перерывами ходят только на некоторых и то измененных маршрутах.

На окраины города трамваи не доходят. Пути занесены снегом. Снегу вообще нынче стало много, транспорта для уборки нет. Автотранспорт в городе ходит редко и то больше военные машины.

 

Мне рассказывал С. В. Васильев (б. директор н/завода), что он, идя пешком на днях от Новокаменного моста по Обводному каналу до Международного проспекта, в течение 25 минут встретил 57 покойников, которых везли на Волково кладбище.

 

На кладбищах не успевают хоронить, т.к. могильщиков мало, земля мерзлая. Горы гробов стоят в ожидании погребения. Родственники, привезя гроб на кладбище и не имея возможности своими силами вырыть могилу, бросают гроб с покойником на произвол судьбы. Приняты общественные меры уборки трупов и погребения в общих братских могилах. Люди голодают и пухнут из-за недостатка продуктов. Вот что сделал кровожадный Гитлер.

 

31 декабря 1941 г. Плохо работает водопровод, вода не поднимается во второй этаж. Трамваи не ходят. Эл. света в домах нет. Снабжение продуктами не налажено. Очереди даже за хлебом.

 

10 января 1942 г. Наблюдаются многочисленные случаи, когда люди падают на улицах и умирают, убирают их не скоро. Большинство умирающих мужчины, женщин значительно меньше. Собранных умерших из морга везут на автомашинах и на лошадях навалом в разных позах, в которых застала их смерть. Возы перевязаны веревками, чтобы мертвые тела не рассыпались с телеги.

 

Вот уже больше декады как в магазинах, кроме хлеба, нет никаких продуктов. Голод. Бани не работают, т.к. вода не поднимается, нет напора в трубах и нет топлива. Многие моются дома, у кого есть возможность принести и согреть воду. Иные уже давно не мылись и ходят закопченные от дымящих дома печек-буржуек и разных лампочек-коптилок.

У большинства населения острый недостаток топлива, в квартирах холод, уборные не работают, поэтому нечистоты выбрасываются прямо на улицу. Нечистоты, вынесенные из квартир в ведрах, часто выливаются куда попало на снег, что в дальнейшем при оттепели грозит распространению заразы и вони. Мер никаких почему-то до сих пор не принимается.

 

Все чаще и чаще случаи бандитизма – отнимают их рук хлебные и продуктовые карточки, сумочки и пакеты у выходящих из булочных магазинов. Продуктов все нет и нет. Голод. Люди падают на улице от холода и истощения. Движения транспорта очень мало.

 

Днем на улицах, на трамвайных путях работают бригады по трудповинности на очистке путей и проездов от снега. Люди, изнуренные недоеданием, при лютом морозе работают крайне плохо, часто уходят погреться, отдыхают после каждого взмаха лопатой.

 

26 января 1942 г. Сегодня многие булочные совсем закрыты, т.к. хлеб не подвезен, а на заводах не выпекался из-за отсутствия воды…

 

Всюду очень много больных. Добиться на прием в поликлинику и здоровому трудно, т.к. большие очереди, а вызванные на дом врачи приходят не ранее как через неделю. Были случаи, что за это время больной уже успел помереть и свезен в морг. На лекарства в аптеках заказы не принимаются, объясняют отсутствием воды, не говоря уже о недостатке медикаментов…

 

1 февраля 1942 г. На толкучке у рынка (Кузнечного) идет обменный торг и спекуляция. На хлеб меняют все, что хотите. На деньги купить что-либо очень трудно. Напр., за папиросы (пачка 20 шт.) стоимостью в 1 руб («Звезда» и др.) платят до 40 руб.

Папиросы «Беломор» до 60 руб. Пачка табаку 100 гр от 300 до 400 гр хлеба. Хлеб на деньги редко 40 руб. за кусочек около 100 гр. Шоколад плитка 100 гр 200 руб. Ботинки мужские желтые новые размер 38 на кожан. подошве модельные – просят полтора кг хлеба.

 

На хлеб меняют мыло, спички, свечи, дрова мелкими связками и прочие вещи домашнего быта. Спички за деньги продаются по 10 руб. за коробку. Табак за деньги не продают. Очень много желающих приобрести жиры (масло, сало) для больных, но жиров совсем нет. Жиры по карточкам были выданы всего по 50 гр в январе.

 

4 февраля 1942 г. Сегодня сослуживец Роман Вас. Христофоров в присутствии Большакова Гр. Ив. и Струкова Влад. Ив. рассказывал ужасные вещи. Будучи по делам службы (пропажа автомашины, оставленной на улице на ночь, ввиду порчи в пути) в уголовном розыске, видел двенадцать человек арестованных женщин, пойманных с поличным и обвиненных в людоедстве. Все не отрицают обвинения, из-за голода они не могли справиться даже с отвращением.

 

Одна женщина говорила, что когда муж ее, умирая, потерял сознание, то она отрезала ему часть тела от ноги, чтобы сделать варево и накормить голодных детей, также умиравших, и себя, уже совершенно отчаявшуюся и обессиленную.

Другая говорила, что она отрезала часть от трупа замерзшего человека, но за ней следили и поймали на месте преступления. Женщины среднего возраста, около 30 лет. Сознавая вину, плачут и сокрушаются, уверенные, что их приговорят к расстрелу. Все это слишком ужасно.

 

Сегодня говорили о многих случаях кражи продуктовых карточек у женщин и, в особенности, у малолетних, посланных матерями в булочную или магазин. Воруют из карманов и сумочек, но более просто вырывают из рук.

Такой случай был с одной работницей нашего завода 2 февраля, причем с помощью ответственной на заводе по выдаче карточек разорванные остатки карточки участковое бюро по выдаче карточек обменяло на новые. О случаях людоедства и бандитизма в городе говорят уже открыто без стеснения…

 

12 февраля 1942 г. В магазинах приступили к выдаче крупы всем категориям. Имеется ячневая, пшено, чечевица, горох, перловая. Детям: манная и рис. Сахар предполагается к выдаче завтра. Мясо – неизвестно когда. Самое главное необходимое населению в данное время – это жиры, животные или растительные, но их пока нет.

 

Сегодня А. П. Горшкова передавала рассказ своей соседки (проживает в Дровяном пер.), как несколько времени тому назад во время сильных морозов ее муж Николай Макарович Калмыков (инженер с з-да «Красный Треугольник») нашел во дворе замерзшую дохлую кошку, которую он принес домой и приготовил в пищу себе и жене.

 

Через несколько дней ему удалось найти такую же кошку, они ее тоже съели после соответствующей обработки и приготовления. Таких случаев в городе, конечно, бесчисленное множество, т.к. голод заставляет обратить в пищу всех кошек и собак, и голубей, и в городе их сейчас почти нигде не встретишь, даже породистых, т.к. их нечем кормить.

 

15 февраля 1942 г. В городе идет массовая эвакуация населения. Не занятые работой люди, домохозяйки, жены военнослужащих и все уволившиеся с работы могут записаться на эвакуацию в местных райсоветах в особ. комиссиях и выехать из города с багажом 35 кг на человека. Поездом едут с Финляндского вокзала до Ладожского озера до ж.д. станции (Волхов), дальше на Тихвин-Вологду и вглубь страны.

 

Сообщают, что в последние дни уходит до 4-х поездов с эвакуируемыми, примерно от 2-х до 3-х тысяч человек в каждом. Помимо отправки поездом, многие устраиваются ехать на автомашинах, доставляющих продукты и грузы с того берега Ладожского озера и возвращающихся из города порожняком вновь за продуктами.

 

Предположительно, на этих автомашинах уезжают от 1 до 3-х тысяч человек в день. Есть также эвакуация и на самолетах. Всего за сутки при благоприятной погоде разными путями уезжают из города до 15 тысяч человек. Да, как говорят, в иные дни столько же умирает от истощения. Население в городе заметно уменьшается.

 

8 марта 1942 г. В городе сегодня по случаю Международного женского дня очень много организованных женщинами воскресников по уборке и приведению в порядок города. Бригады скалывают лед на улицах, на трамвайных путях, очищают дворы от замерзших нечистот.

 

23 марта 1942 г. Сегодня в Ленинград весна ворвалась сразу и вступила в свои права. Еще утром был легким заморозок -6°, но после восхода солнца температура быстро повысилась до 0°. Всюду появились вода, лужи, ручьи. Ленинградцы с благодарностью смотрят на солнце: кончились тяжелые холодные зимние дни…

 

21 апреля 1942 г. Наблюдается усилившаяся смертность среди женщин, в то время как мужчины умирали больше зимой.

28 апреля 1942 г. В городе идет выдача по продкарточкам дополнительных продуктов питания к первомайским праздникам:

 

Чай рабоч. – 25 гр, служ. – 25 гр, иждив. 25 гр, детям 25 гр.

Сухофрукты рабочим 150 гр, служ. 150 гр, ижд. 150 гр, детям 150 гр.

Клюква рабоч. –, служ. 150 гр, ижд. 150 гр, детям 150 гр.

Крахмал только детям 100 гр.

Пиво рабоч. 1,5 л, служ. 1,5 л, ижд. 0,5 л, детям — нет.

Сол. рыба рабоч. 500 гр, служ. 400 гр, ижд. 75 гр, детям 100 гр.

Сыр рабоч. 100 гр, служ. 75 гр, ижд. 75 гр, детям 100 гр.

Какао с молоком – детям по 2 табл. (50 гр).

Табак рабоч. 50 гр, служ. 50 гр, ижд. — нет, детям- нет.

Водка или виногр. вино рабоч. 0,5 л, служ. 0,5 л, ижд. 0, 25 л, детям — нет.

 

Всюду на улицах и во дворах идет последняя уборка мусора.

Город принял опрятный вид.

 

26 августа 1942 г. Сегодня годовщина, как враг отрезал Ленинград от последней Северной ж.д. и путь на Большую землю остался только через Ладожское озеро.

 

Ночью после 23 часов сообщили по радио о большом прорыве наших войск на Западном и Калининском фронтах на протяжении 115 км и вглубь до 50 км. Захвачены большие трофеи. Неприятные известия с Кавказского фронта, где бои идут уже около города Моздока и на путях к Грозному.

 

31 декабря 1942 г. По улицам несут новогодние елки, но в продаже елок мало. В школах и в детских садах устраиваются вечера с елкой для детей. Население готовится к встрече Нового года. Выдали по карточкам всем по одному литру пива. В прошлый год было выдано виноградное вино…

 

Вот такие записи велись до января 1944 года, причем в них ни одной жалобы на жесточайшие трудности. В дневнике поражают не только простые, жестокие и правдивые штрихи блокадного быта, но, главным образом, беспафосная, тихая и спокойная вера в преодоление кошмара, возвращение к нормальной человеческой жизни. При этом автор предстает человеком, совершенно чуждым эгоизму.

 

Удивительно, но ни в одной из 880 записей ни слова не обмолвлено о личных проблемах, даже ни разу не употребляется местоимение «я»! Непоказная стойкость, повседневное мужество сквозят в каждой строке.

 

В судьбе этого простого бухгалтера явственно высвечивается то, что Победа ковалась не только на фронтах, не только у станков и на колхозных нивах, но и в душах людей.

Несломленный Ленинград – не меньший удар по фашизму, чем, скажем, Сталинградский котел или Курская дуга. И то, что этот простой человек, как маленький символ несгибаемости ленинградцев, вместо признания получил 10 лет лагерей, только подчеркивает величие подвига нашего народа, которому приходилось прокладывать путь к Победе нередко между двух огней.